Феномен балканского кино знаком синефилам и почитателям национального кинематографа. Между тем фильмы, созданные на территории бывшей Югославии, обращаются не только к местному зрителю 

(Анна Новикова: Первую часть читать здесь)
Чтобы вообще понять предмет интереса кино к теме войны, необходимо определить, с какими культурологическими контекстами связано это понятие.

1. Представления о философии войны
Существуют гуманистические и милитаристские суждения о предмете войны.
Карл фон Клаузевиц, прусский военачальник, участник наполеоновских войн, впервые сформулировал философию войны:
— война есть инструмент политики;
— война – акт насилия, с помощью которого можно заставить противника выполнить свою волю;
— война не может в полной мере реализовать свой разрушительный потенциал из-за особенностей природы человека: недостатка знаний, слабостей, страстей.
Клаузевица можно назвать «милитаристом-утопистом», который верил в то, что война в своей идеальной форме подобна очистительной силе и необходима для становления нации.

Заметки на полях Анастасии Фоломеевой: «Сторонников схожей идеологии можно найти и среди наших современников, например, писатель Захар Прилепин».

 

Иллюстрация 1.

«Круги», Срджан Голубович (2013)

 

kinopoisk.ru

В основе сюжета подлинная история о национальном герое Сербии Срджане Алексиче. Перерыв в войне Сербии с Боснией. Три офицера сербской армии избивают боснийца, торговца в киоске. Желая заступиться за него, в разборки вмешивается солдат Марко. Сцена обрывается. Далее сюжет строится на событиях из жизни обозначенных в первой сцене героев.

Финальный кадр, возвращение в точку конфликта офицеров и Марко, – шаблонный операторский прием: камера уходит вверх, и мы видит распростертого на земле человека, тотально одинокого. Его смерть сметает все национальные, этнические и социальные принадлежности.

 Главный герой – сюжетообразующий элемент фильма, мы видим события то его глазами, то глазами насильника. Камера ставит зрителя в положение жертвы, монтажная склейка, и мы уже в роли палача смотрим на безоружного. Эта игра точками зрения создает жесткую оптику. (Нетренированный глаз замечает только то, что показывает камера, тогда как в фильмах предметом изображения зачастую является сам процесс рассказывания). Зритель переживает эффект катарсиса, и кино остается с ним надолго.

 

Искусство должно быть жестоким, только тогда предметом его изображения может стать нравственность: способность человек отвечать за сделанное, даже если это дурные поступки.

Заметки на полях Анастасии Фоломеевой: «Я помню, как на «Закрытом показе» Александр Гордон спрашивал у аудитории: «Зачем нужно снимать такое беспощадное к зрителю кино как «Груз 200»? До сих пор вспоминая выразительные сцены из этого фильма, я тогда тоже задалась эти вопросом. В студии на него отвечала Любовь Аркус: для нее оказалось крайне важно, что где-то кто-то еще помнит, и про Афганскую войну, и про цинковые гробы, и про жизнь по советской доктрине. И это у кого-то болит».

2. Этим воззрениям противостоят мысли гуманистического характера.
Мэри Калдор, профессор Лондонской школы экономики, автор теории «новых и старых войн»:
«Новые войны»:
— это не противостояние между государствами, а борьба групп, вызванная представлениями о крушении государства;
— это не «сражение на поле», а ассиметричные конфликты. Их цель – установить контроль над гражданским населением и навязать особую политику идентичности: этническую, религиозную, политическую;

— хищническая система финансирования за счет торговли захваченными ресурсами, грабежей, похищения людей, наркоторговли (система криминализации войны показана в советской антиутопии «Псы»);

— вмешательство контрразведки: поставка оружия, спонсирование тоталитарных режимов заинтересованными сторонами.
Мэри Калдор – «космополит-утопист»: подобно писателям-фантастам, она надеется на космополитическое решение проблемы войны (это возможно только в культуре планетарного мышления, где рассматривается идентичность человека как антропоса, а не члена отдельного этноса).

Иллюстрация 2.

«Раны», Срдян Драгоевич (1998) 

Фильм меньшего размаха, но не менее любопытный и знаковый. Здесь мы (как и в «Андерграунде») видим фарсовое осмысление истории, но показанное уже через судьбу двух трудных подростков. Белград, бомбардировки, стычки между разными националистическими группировками. Следствие войны – не только внешняя разруха, но еще и крушение системы ценностей. Под шефством криминального авторитета герои начинают строить кровавую карьеру.

В финале режиссер интересно решает задачу прояснения всего происходящего: нам дается точка зрения главного героя, он же – рассказчик. Когда его убивают на одной из разборок, голосом с того света звучат мысли-сожаления о несложившейся жизни.

В балканском кино события часто разворачиваются не линейно, а закольцовываются: для зрителя становится возможным переход из реального мира в трансцендентное и обратно. Это еще один прием, который позволяет фильмам выйти за рамки местечковой актуальности.

3. О философии войны в постиндустриальной эпохе писал и Славой Жижек:

«Вместо военно-промышленного комплекса мы в пост-Югославии получили военно-поэтический комплекс»:

 — конфликты на почве религии и национальной принадлежности (а не социальные проблемы) способны мобилизовать массы;

— представление этнических чисток «святым делом»;

— националистическая поэзия и религия как сырье для политических манипуляций и оправдания массового насилия.

Иллюстрация 3.

«Сербский фильм», Срджан Спасоевич (2010)

kinopoisk.ru

«Not all films have a happy ending»

Название фильма аналогично тому, как если бы Андрей Звягинцев назвал «Левиафан» «Русским фильмом».

Это не просто обозначение места, а кино о том, что же произошло с Сербией. При этом его можно смотреть без каких-либо коннотаций как жуткий триллер. Там есть интрига, нелинейное повествование, мотивируемое галлюцинациями главного героя, которому подсыпают наркотики, и излюбленный балканскими режиссерами прием закольцовывания действия. Много крови, насилия, жестокости и отсутствие чувства юмора, фарса.

Заметки на полях Анастасии Фоломеевой: «Интересно сравнить поэтику этой картины с фильмом Алексея Балабанова «Груз 200». Обе работы осмысляют период войны, однако по-разному передают зрителю чувство ненависти».

По словам Спасоевича, порно-триллер или снафф – самый точный жанра для фильма, посвященного трагедии народов Югославии. Нет смысла пересказывать сюжет «Сербского фильма» полностью: пусть отважившийся посмотрит его сам. Стоит только обозначить, что вся картина представляет собой развернутую метафору: все, что происходит на войне, подобно порно-фильму, где нет сценария, а люди, которые управляют этой индустрией, знают, что лучше всего продается жестокость. Власти Югославии – люди, которые готовы изнасиловать страну: ни женщины, ни дети в счет не идут. Сверхзадача – организовать все так, чтобы люди думали, что их изнасиловал самый близкий человек. Когда брат идет на брата, а вчерашние соседи соглашаются унижать друг друга, – еще один повторяющийся мотив балканского кино.

 

Записки на полях Анастасии Фоломеевой: 

«Моему поколению, родившемуся в конце 90-х, порой бывает непонятно, почему государство старается так выстроить свою историческую политику и почему сами зрители не хотят признавать такое прошлое?»

«Оптика войны оказалась довольно прозрачной для визуальной репрезентации истории. Она не преломляет правду под желаемую точку зрения».

«Пост-югославский кинематограф – это не кино про социальное прошлое югославов, которое касается только их. Это пример историй, которые можно деконтекстуализировать и применить к прошлому своей страны или сегодняшней действительности».

 

Конспект составила и прокомментировала Анастасия ФОЛОМЕЕВА

 

Рубрики: КиноСобытия

продюсер анна новикова

Меня зовут Анна Новикова. Я продюсер этого сайта и член редколлегии журнала "Художественная культура". Доктор культурологии, художественный критик, профессор факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ Высшая школа экономики, академический руководитель магистерской программы "Трансмедийное производство в цифровых индустриях".

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *