Юрий БОГОМОЛОВ

ЗАМЕТКИ ГУМАНИТАРИЯ на полях общественно-политической жизни

У теленачальников время новогодних каникул, как правило, вызывает переживания, связанные с дефицитом праздничного контента. Но Указание КПСС, данное товарищу Огурцову в 1956-м году, «весело встретить Новый год» никто не отменял.

 

Кинопоказ. Это как раз самое предсказуемое и беспроблемное. Два главных телеканала страны (Первый и «Россия 1») по давней привычке поделили меж собой архив советских кинокомедий. Прежде всего, ленты Рязанова и Гайдая. Первому – «Ирония судьбы»; «России» — «Карнавальная ночь». И далее по списку на все карнавальные дни. Плюс к этому фильмы Георгия Данелии. Непременно — «Покровские ворота» и «Джентльмены удачи». В порядке приправы – кое-что из комедийной классики Голливуда, типа «В джазе только девушки». Или из классики мелодраматической – «Сабрина». Последние две ленты достались «Культуре».

Тут ведь вопрос не о том, что кому досталось, и кому что выдано по остаточному принципу? Более интересный вопрос: почему это все смотрится по пятому, двадцать пятому и сто двадцать пятому разу? Неужели потому, что «раньше крепче было»?

Мой ответ: потому, что все эти фильмы с годами приобрели статус аттракционов из Парка культуры советского периода. Аттракционы – нежно любимы. Как в детстве – качели, карусели, «комнаты смеха», «американские горки», «чертово колесо», батуты и прочие досужие забавы. А постсоветский народ в значительной своей части, по прежнему, инфантилен да и просто при случае готов впасть в детство.

Парк разбит на несколько увеселительных зон: «Гайдай-land», «Рязанов-land», «Данелия-land» и другие уютные уголки в мельтешащей на телеэкране праздничной фальши.

Когда современность не радует, то по неволе возникает желание прокрутить ленту времени в обратную сторону. Как это случилось с Аркадием Аверченко в рассказе «Великое кино». Киномеханик Митька, промотав хронику советской действительности на полтора десятка лет назад, услышал вопль зрителя в зале:

— Митька, не крути дальше! Замри. Хотя бы потому остановись, что мы себя видим на пятнадцать лет моложе, почти юношами. Ах, сколько было надежд, и как мы любили, и как нас любили…

И мы 30 – 40 лет назад были наивны и с какого-то перепуга ироничны… Хотя понятно, почему. Молоды были, а режим на свою беду тогда ослабил хватку.

Советский режим устал от самого себя, от своей тупости и от своего абсурдизма. Вот юмористы тогда и разгулялись.

Сегодня страна выглядит утомленной от самой себя (если судить по интернету), а режим все еще бодрится и агрессивничает (если довериться телевизору).

 

Телепоказ. На сей раз с организацией «хорошего настроения» средствами ТВ было особенно сложно по понятным причинам: катастрофа в Магнитогорске, жизнь подорожала, у народа синдром осажденной крепости в предчувствии войны.

Если Первый канал постарался эстетизировать «Новогоднюю ночь», оснастив хитовые номера мастеров шоу-бизнеса красивыми видами ночной Москвы, то «Россия 1»  ограничилась привычным для «Голубого огонька» интерьером: скопление столиков с теснящимися за ними знатными гостями и чокающимися бокалами на фоне обезумевшего монпансье.

Впрочем, «Россия 1» не рискнула идейно разоружиться перед врагами Отечества на этом празднике жизни. По поводу санкций («что легкий бриз») спели Губерниев и Маршал, другой «ответ на санкций пакет» нашла еще одна пара комиков, сделав книксен в сторону «восточного соседа и юаня». По поводу пенсионной реформы две ряженные старухи сообщили, что и «в триста сорок пять они ягодки опять». Юрий Стоянов спародировал Трампа. Язвительнее прочих была брачная парочка Скабеева и Попов. Они на мотив песенки про пять минут приплели зарубежным СМИ все, чем сами богаты и рады – враньем, подтасовками, цинизмом. И это бы ладно, но уж больно они фальшивили.

Отважнее всех оказался Дмитрий Киселев, хотя бы потому, что вышел на публику со своим рэпом в нехарактерном для него формате – в юмористической программе «Мастер смеха» им. Петросяна. https://yandex.ru/video/search?text=%D0%A0%D1%8D%D0%BF%20%D0%94%D0%BC%D0%B8%D1%82%D1%80%D0%B8%D1%8F%20%D0%9A%D0%B8%D1%81%D0%B5%D0%BB%D0%B5%D0%B2%D0%B0&path=wizard&noreask=1&filmId=2565610053214257343

Ленин бы так прокомментировал стих телеведущего: «Не знаю, как насчет поэзии, но в политическом отношении все это архинепозволительная ложь».

Насчет поэзии я знаю. И вот что скажу. Стилистически его рэп очень похож на его подводки и разводки в «Воскресных вестях». Тот же ритм, та же чеканность фразы, те же интонационные фиоритуры и тот же зашкаливающий нарциссизм. И, пожалуй, та же степень правдивости, с которой непринужденно разобрался «Дождь».

Богдан Бокалейко сделал фактчекинг киселевского речитатива, а Павел Лобков подарил обещанному Крымскому рэп-фестивалю точное и звонкое название – «Зашквар».

(https://tvrain.ru/teleshow/here_and_now/kiselev_zachital_rep-478321/ ).

«Зашквар» или «зашкал» все это, но надо войти в положение тех зрителей, что остались почти на две недели без пропагандистского наркотика. У них не могла не начаться ломка. Им эти рэпы и степы хоть какое-то облегчение. Хотя бы на время, хоть на миг…

 

В итоге. Самым исчерпывающим и верным обобщением представленной череды впечатлений и рассуждений неожиданно стал фильм Алексея Красовского «Праздник» со скандальной предысторией и с довольно противоречивыми откликами при его появление на публике.

Предыстория в зубах навязла у пользователей интернета. Потому оставим ее за скобками. Скажу только о том, что после выхода фильма в интернет-прокат стала всерьез обсуждаться версия, будто история с трудностями рождения картины – это такая пиар-кампания, организованная самим автором. Это он каким-то образом подкупил рэпера Дмитрия Киселева приклеить к картине ярлык — «геббельсовская пропаганда».

Он же, верно, инициировал и отрицательные отклики в сети на картину, чтобы снова подогреть интерес к себе?..

Обозначились и новые оскорбленные… на этот раз художественным уровнем картины. Политико-идеологические разногласия сменились стилистическими.

По мне, так с эстетической оценкой этой картины спешить не стоит. Она не так  проста, как воспринимается с первого взгляда.

…Персонажи фильма готовились встретить Новый 1942-й год в блокадном Ленинграде и в узком семейном кругу.

Картина, собственно, о том, как ее герои погрязли в притворстве. Одни кокетничают избранностью, другие козыряют патриотизмом, третьи — нищетой, четвертые — простотой, что хуже воровства… Это ведь все маски, которыми персонажи готовы в любую минуту поменяться под стук помирающей этажом выше бабушки. И с боем часов, известившим о рождении 1942-го года, бабушку, надоевшую всем, и видимо, самой себе, убивают.

С Новым годом, товарищи!

С новыми несчастиями?..

В сущности, перед нами бытовой карнавал, где характеры – маски, а маски и есть истинные лица персонажей. И где все – обман на фоне национальной беды.

И как тут не вспомнить современность…

Контекст художественного произведения (если в него попасть) — важная часть художественного произведения.

«Праздник» Алексея Красовского очевидным образом рифмуется с нынешним новогодним праздником, по сути, и по настроению. Утром 31-го рвануло в Магнитогорске, а с двенадцатью ударами кремлевских часов и под гимн Парка советского периода ухнул деревянный мостик с толпой людей. Все остались живы, а из-под груд обломков взорвавшегося дома в Магнитигорске извлекли обмороженного, но живого младенца.

С новым 2019-ым годом, господа!

С новыми чудесами на фоне новых несчастий?..

 


продюсер анна новикова

Меня зовут Анна Новикова. Я продюсер этого сайта и член редколлегии журнала "Художественная культура". Доктор культурологии, художественный критик, профессор факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ Высшая школа экономики, академический руководитель магистерской программы "Трансмедийное производство в цифровых индустриях".

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *